Девятый арбитражный апелляционный суд удовлетворил жалобу Сберегательного банка, отменив решение о незаконности сделки с "Транснефтью" с производными денежными инструментами на сумму 66,5 миллиарда рублей.
Партнер юрфирмы Сергей Савельев назвал распоряжение Девятого арбитражного апелляционного суда верным и корректным. "Рынок денежных инструментов может выдохнуть", - сказал юрист, пояснив, что сейчас возможно не ожидать поступления в суды вала подобных исков к банкам и денежным организациям.
Согласно точки зрения Савельева, если бы решение Арбитражного суда Москвы по иску "Транснефти" к Сбербанку вступило в силу, то это вряд ли привело бы к коллапсу либо обрушению на рынке производных денежных инструментов, но последствия все равно были бы негативными. Решение не в пользу Сберегательного банка повлекло бы за собой подорожание услуг, связанных с денежными производными инструментами, потому, что банки стали бы закладывать риски судебной отмены соглашения с агентами в цену договора, отметил Савельев.
Комментируя распоряжение апелляции, юрист обратил внимание на то, что в нем было установлено наличие у "Транснефти" релевантного опыта в ведении подобной деятельности. Помимо этого, в определении арбитражного суда говорится о наличии у сторон возможности заблаговременно согласовать условия договора. Так, нельзя говорить о том, что "Транснефть" имела более не сильный позицию при заключении сделки.
Партнер Адвокатского бюро "ЕМПП" Мерген Дораев сказал РАПСИ, что после серии неудач в делах об оспаривании деривативов распоряжение апелляции по делу "Транснефти" против Сберегательного банка вызывает у него положительную реакцию. "Суду удалось объективно разобраться в довольно сложных материях и установить, что действия Сберегательного банка полностью соответствовали поведению любого другого добросовестного профучастника. Стоит подметить, что суд не ограничился отменой решения по формальным основаниям, в числе которых пропуск срока исковой давности, использование эстоппеля. Значительная часть мотивировочной части посвящена рассмотрению аргументов сторон по существу - порядку раскрытия информации, уровню профессионализма "Транснефти", экономике сделок, прогнозированию курса валюты и без того потом. Суд предоставил некие ориентиры, которые могут облегчить профучастникам структурирование сделок с деривативами в будущем", - сказал специалист.
Принципиально серьёзное решение
Партнёр юрфирмы "Лидингс" Степан Гузей подчернул, что множество вопросов, тревоживших участников рынка, получило свое развитие и разрешилось в пользу сохранения стабильности. "Суд подробно изучил текст декларации о рисках, указав ключевые моменты, свидетельствующие о надлежащем раскрытии рисков по сделке. Наряду с этим подтвердил, что подписание декларации не является обязательным требованием, а это является очень ответственным выводом, потому, что многие сделки с деривативами заключались без оформления соответствующих деклараций. При другом подходе рынок имела возможность бы захлестнуть волна подобных споров. Суд также заложил определенные правила и критерии к определению уровня профессионализма контрагента и его опытности в определенной сфере", - сказал собеседник агентства.
При это специалист думает, что подачи кассации все же стоит ожидать. "Будем сохранять надежду, что суд кассационной инстанции поддержит эту линию и не будет закручивать гайки в регулировании рынка, который итак слаженно работает без судебного вмешательства", - сказал он.
Партнер юрфирмы Mansors Роман Зыков убеждён, что решение арбитражного суда имеет значение как для денежного рынка, так и для рынка в целом, в силу того, что в очередной раз подтверждает приверженность судов принципу pacta sunt servanda. "Принципиально важно, что суд дал оценку спору, как спору между двумя равными субъектами. В этом смысле, аргумент о недобросовестности в данном деле теряет актуальность . И потому, что производные акции являются сложным инструментом, в любой момент принципиально важно, чтобы эмитент и брокер давали исчерпывающую данные о продукте. Условия размещения должны быть однозначными, полными и без внутренних противоречий и ошибок, что на практике, к сожалению, случается и влечет неопределенность. К примеру, может быть неверно указана величина барьера пробития в различных документах ноты и неясно какая из величин верная. Из решения суда по комментируемому делу усматривается, что ответчик изначально предоставил все данные, а потом, осуществлял информационную поддержку клиента", - сказал Зыков.
Специалист также согласен с тем, что противоположное решение имело возможность бы повлечь череду исков, поскольку довольно большие утраты на производных бумагах прежде были и у "Роснефти", "Уралкалия", "Аэрофлота", Новатэка, "Ленты" и других. Зыков также считает, что решение в вышестоящей инстанции устоит.
Партнер Оррик Константин Кроль обращает внимание на то, что, не обращая внимания на уникальность дела, связанную с оспариванием поэтому производных денежных инструментов, в распоряжении суда апелляционной инстанции присутствуют выводы, которые могут быть использованы в широкой категории дел.
"В первую очередь, речь заходит о применении эстоппеля и срока исковой давности. Оспаривать сделку спустя три года с момента ее заключения и спустя год с момента последнего платежа по ней, когда поведение контрагента свидетельствовало о ее действительности, является только страшной практикой, разрушающей стабильность гражданского оборота. Ее поощрение и развитие порождало бы значительные риски и приводило к основательному подрыву гражданского оборота", - сказал специалист.
Согласно точки зрения Кроля, занимательные выводы сделаны в отношении конкуренции оснований недействительности сделок. "Суд четко разрешил понять, что следует использовать особые основания недействительности сделок, даже в случае если имеются предпосылки для применения общих оснований. Наконец, решение является очень важным для рынка производных денежных инструментов в России. Если бы решение суда первой инстанции устояло, по отечественному рынку ПФИ был бы нанесён тяжёлый удар, поскольку десятки и много подобных сделок на миллиарды рублей были бы поставлены под сомнение. Это имело возможность бы привести к тому, что рынок деривативов ушёл бы из российской юрисдикции, как уже было после 1998 года. От этого бы выиграли иностранные банки, заключающие сделки по английскому праву и подчиняющие их юрисдикции иностранных судов, и проиграли бы российские банки и рынок в целом", - уверен Кроль.
Специалист сейчас ожидает решения кассационной инстанции и считает серьёзным, чтобы Верховный суд РФ высказал своё окончательное мнение в порядке надзора. "Это дало бы участникам рынка дополнительный комфорт. В противном случае существует риск появления новых судебных решений по аналогичным делам с непредсказуемыми выводами", - заключил Кроль.
Понятные правила игры
Со своей стороны в самом Сбербанке посчитали распоряжение суда апелляционной инстанции законным и обоснованным. Указанный судебный акт вносит правовую определенность в складывающуюся практику применения производных денежных инструментов, отметили в кредитной организации.
"Суд признал сделку, заключенную между Сберегательным банком и "Транснефтью", действительной и соответствующей конструкции опционных контрактов, закрепленной в законодательстве РФ, указав также, что стороны при заключении сделки в равной мере определяли ее условия. Суд верно установил события дела. В частности, суд подчернул, что при заключении оспоренной "Транснефтью" сделки Сбербанк действовал добросовестно, потому, что заблаговременно, точно и ясно раскрыл "Транснефти" данные об условиях сделки и рисках, связанных с ее заключением, не обращая внимания на отсутствие в законодательстве требования о таком раскрытии. Суд также пришел к верному выводу о том, что "Транснефть" приняла на себя валютный риск упрочнения курса аммериканского доллара к рублю, и исходя из этого подобающа самостоятельно нести негативные последствия наступления этого риска, а не перекладывать их на другую сторону. Так, суд указал, что невыгодность сделки не является основанием для ее оспаривания", - сказали РАПСИ в Сбербанке.
В пресс-службе также сказали, что суд указал на недопустимость обхода закона при оспаривании сделок: ссылки на заблуждение/умолчание контрагента об информации при заключении сделки должны рассматриваться в контексте особых статей 178 и 179 ГК России (которые в качестве последствий предусматривают оспоримость сделок и допускают оспаривание сделок в течение 1 года), а не общих статей 10 и 168 ГК России (которые предусматривают возможность признания сделок как оспоримыми, так и ничтожными и допускают оспаривание сделок в течение 3 лет).
"Суд очень выделил, что события, на которые ссылалась "Транснефть" (нарушение императивного требования о недобросовестном поведении участников гражданского оборота и нарушение интересов самой "Транснефти"), сами по себе не говорят о нарушении публичных интересов, а потому не могу новости к ничтожности сделок. Так, распоряжение суда закладывает прочные основания и устанавливает понятные "правила игры" для сделок, совершаемых на рынке производных денежных инструментов. Оно продемонстрировало, что сделки с ПФИ могут получить законную судебную защиту в России, что является ответственным причиной для стабильного развития рынка", - заключил Сбербанк.
